Дмитрий Шостакович Симфония №5 ре минор Op.47

Берлинский симфонический оркестр

Дирижер Курт Сандерлинг (1912–2011) впервые встретил Дмитрия Шостаковича во время Второй мировой войны. Сначала коллеги, они впоследствии завязали крепкую личную дружбу, которая позволяет по-новому взглянуть как на музыку, так и на характер этого противоречивого композитора. Сандерлинг записал большинство симфоний с Берлинским симфоническим оркестром, которым он руководил с 1960 по 1977 год, но именно его мрачное, глубоко трогательное исполнение Пятнадцатой симфонии с Берлинским филармоническим оркестром я бы с удовольствием взял с собой на необитаемый остров. Первоначально выпущенная на собственном лейбле Берлинского филармонического оркестра, эта запись, дополненная прекрасным исполнением 82-й симфонии Гайдна «Медведь», заслуживает поиска в интернете.

Конечно, конкуренция в этом жанре, наиболее часто записываемой симфонии Шостаковича, очень высока. Среди наиболее удачных записей Пятой симфонии, которые я встречал в последние годы, — две видеозаписи Euroarts: Леонарда Бернстайна с Лондонским симфоническим оркестром в 1966 году и Ютаки Садо с Берлинским филармоническим оркестром в 2011 году. Обе относятся к более динамичному концу шкалы, в то время как недавняя бостонская запись Андриса Нельсона — часть его продолжающегося цикла для DG — кажется сравнительно спокойной. Я говорю «кажется», потому что за её публичным ажиотажем скрывается интерпретация, отличающаяся поразительной интенсивностью и глубиной, которая меня совершенно потрясла. Действительно, это, вероятно, самое откровение этой великой симфонии, которое я когда-либо слышал, будь то на записи или в концертном зале.

Итак, какое место занимает Пятая симфония Бостонского симфонического оркестра в исполнении Сандерлинга в этом спектре? Первая часть, безусловно, размеренная – возможно, более подходящим описанием будет просторная – но затем появляется поразительная уязвимость, к которой я не был готов. Очевидно, это не тот откровенный, цепляющий подход, который ассоциируется, скажем, с Бернстайном, и некоторым это вдумчивое, соразмерное прочтение может показаться слишком сдержанным. Эти восходящие струнные фигуры, конечно, не так мучительны, как могли бы быть, но нельзя отрицать тихую, убедительную авторитетность этого исполнения.

Меня особенно очаровала прекрасная пасторальная атмосфера этой вступительной части, ее идиллия, окруженная угрожающими грозовыми тучами. Если вы ищете дополнительной тревоги и напора, вы их здесь не найдете; однако вы столкнетесь с редкой прозрачностью – вспомните эту легкую, бодрую маршевую мелодию – и разумно подобранными тутти. Во многом это очень музыкальное исполнение, которое, подобно «переломной» Седьмой симфонии Пааво Ярви , раскрывает – и восхищается – лиризмом, который противоречит репутации композитора как грубого и помпезного. Если именно это Сандерлинг пытается здесь подчеркнуть, то ему это блестяще удается.

Игра этого восточногерманского оркестра – до падения Берлинской стены оставалось еще семь лет – теплая и проникновенная; очень качественная запись, с обилием воздуха и деталей, усиливает ощущение глубокого и благодарного исполнения. В «Аллегретто» есть выразительность и отточенность , не говоря уже о некоторых пленительных струнных пассажах, которые напоминают Малера в его самые спокойные и пасторальные моменты. Я понимаю, что неторопливый темп этого дирижера понравится не всем, но для других это прекрасная возможность насладиться внутренним устройством партитуры. И нет, такое познание не достигается в ущерб ритму или целеустремленности.

Что касается Largo, то оно одновременно просторное и прекрасно исполненное. Да, в одном месте есть небольшой перерыв – возможно, из-за неудачной обработки, – но это едва ли имеет значение на фоне такого образцового мастерства музыкантов. Временами в нижнем регистре струнных ощущается бетховенская сила/стоицизм, что резко контрастирует с гибким очарованием деревянных духовых инструментов Бостонского симфонического оркестра. Здесь, больше, чем где-либо еще в этом исполнении, чувствуется, что это личные высказывания, а не публичные заявления, и что Сандерлинг приближает нас к Шостаковичу как к человеку гораздо ближе, чем большинство его соперников.

К тому моменту, когда мы доходим до Allegro non troppo, кажется, что мы подошли к концу долгого и очень насыщенного событиями путешествия. Сандерлинг действительно замечательный проводник, раскрывающий все детали и нюансы, которые другие упускают. Финал у него бодрый и чётко артикулированный – такая атака скрипок и какие мощные литавры – без намёка на бледные жесты или пустую риторику, которые так часто портят этот проблемный финал. Подобно Нельсону, он подводит к этой великолепной коде без излишней искусственности, так что когда раздаются эти мощные удары бас-барабана, эффект просто ошеломляет.

Это не единственная запись Пятой симфонии Шостаковича, которую я хотел бы иметь в своей коллекции, но я, безусловно, приветствовал бы её. Больше всего в этом исполнении чувствуется открытость, честность, если хотите, которая освещает партитуру самым неожиданным образом. Добавьте к этому первоклассный ремастеринг – никаких стальных струн, раздутого баса или грубости в кульминациях – и вы получите действительно особенный релиз.

Свежая, непринужденная Пятая симфония, полная проницательности и характера; её нельзя пропустить.
Дэн Морган

Лейбл: Eterna

Список треков

01 Moderato — Allegro non troppo
02 Allegretto
03 Largo
04 Allegro non troppo

Технические характеристики

Качество записи Standard Master:

1/4” — 2-дорожечная RTM LPR90 — 15 IPS — 38 см/сек — CCIR — 320 нВб/м — 1 металлическая катушка — Специальная архивная коробка — Роскошная упаковка Horch House

Качество записи Studio Master:

1/4” — 2-дорожечный RTM SM900 — 15 IPS — 38 см/сек — CCIR — 510 нВб/м — 2 прецизионных металлических катушки — Специальные архивные коробки — Роскошная упаковка Horch House